В рамках Российского инвестиционного форума в Сочи состоялась панельная дискуссия «Конкурентоспособность регионов через рост производительности труда: как вовлечь, управлять, мотивировать?». В ходе мероприятия участники обсудили текущие результаты реализации национального проекта по повышению производительности труда, а также другие актуальные вопросы конкурентоспособности российских предприятий.
Что известно о текущих результатах?
«…По тем предприятиям, которые вошли в проект в конце 2017-начале 2018 года, мы видим, что 69% этих предприятий продемонстрировали рост производительности труда более чем на 10%. По выборке предприятий: предприятия первой волны — рост выручки на 13%, рост налоговых поступлений — 19%. Это говорит о том, что проект — самоокупаемый. Кроме того, мы видим, что также серьезно повышается и вовлеченность работников.» — министр Максим Орешкин.
112 предприятий на данный момент стали участниками проекта:
69% от 112 предприятий — это 77. Смогут ли эти 77 предприятий тянуть по +5% еще 5 лет? Будет здорово, если смогут, но, как многие знают, в проектах повышения производительности первый эффект получить проще, чем каждый год добиваться стабильного роста показателей.
Сотрудники-эксперты с передовым опытом в области повышения эффективности процессов в таких компаниях, как Росатом, ГАЗ, Северсталь и т.д. выезжают на производства и вместе с персоналом изучают и совершенствуют производственные системы. Такую адресную поддержку на сегодняшний день получают уже более 120 предприятий в 16 регионах России, как сказал гендиректор ФЦК Николай Соломон. Найдётся ли у ФЦК ресурсы на тысячу предприятий — для меня большой вопрос.
Следует отметить вот еще какой момент. Как сказал Николай Соломон, » …обеспечение роста показателей без прививания культуры непрерывных улучшений среди сотрудников — большой риск. По нашему опыту, достаточно 3-4 года, чтобы на среднем предприятии с выручкой порядка 5 млрд. рублей и численностью около 1 000 человек эта культура могла устояться.»
Это, фактически означает, что если ФЦК не начнёт работу с предприятием до 2021 года, у него не будет необходимых 3-4 лет на установление новой производственной культуры, а это в свою очередь означает, что даже если цели по скорости роста производительности, поставленные Президентом РФ, будут достигнуты к 2024 году, поддержание такой скорости будет под большим вопросом. А это означает, что нам не догнать «опережающими темпами» западных конкурентов.
Как обычно, как будут развиваться события вновь покажет программа «Время» на «Первом», а мы посмотрим.
Прошу прощения, но мне кажется нет ничего более страшного чем самообман.
И в вопросе ФЦК он очевиден — рост производительности в том виде как он оценивается ровно эквивалентен полученной сумме стимуляции предприятий в рамках программы, т.е. регистрируемые как бы дополнительные суммы налогов не более чем % с суммы выданной из бюджета.
Понятно зараенее, что «культура» при таком подходе не поменяется, да и не выданные в рамках Госпроекта деньги ее меняют, а потребность держать потребителя своей конкурентоспособностью. Это похоже на радость от результата действия допинга у спортсмена, который на любых соревнованиях без этого допинга будет гарантированно последним — т.к. нет навыка, нет последовательной цепочки улучшений.
Насколько вообще это все полезно для страны и ее бизнес активов?!? Тут можно смотреть двояко:
— с одной стороны, будет большое число граждан, имеющих какую то практику в совершенствовании процессов и явно? при сравнении по универсальной формуле «а могло бы быть хуже», прослеживается позитив;
— с другой стороны, предлагаемые методы уже во многом архаика и удачнее всего работают когда их адаптируют, модифиуируют, объединяют с гибким реагированием на пульс технологий и запросов текущего дня рынка (появление Agile, доработка 9001-2015, бирюзовые компании и спиральные теории менеджмента, т.д.). Т.е. сосредотачивая ресурсы на костной программе теряется возможность выбора, экспериментов, подстройки…
Участвуют в большом числе монополии и компании «с поддержкой» кому не надо «бороться за заказ», а именно в механизмах этой борьбы и заключается конкурентное преимущество многих компаний))
Если заказ условно гарантирован, и стоит цель оптимизации затрат — да нет ничего проще, упрошаешь процесс, по максимуму автоматизируешь и получаешь нужный рост ППТ.
Узнать, кто эти люди…
Прошу прощения, но мне кажется нет ничего более страшного чем самообман.
И в вопросе ФЦК он очевиден — рост производительности в том виде как он оценивается ровно эквивалентен полученной сумме стимуляции предприятий в рамках программы, т.е. регистрируемые как бы дополнительные суммы налогов не более чем % с суммы выданной из бюджета.
Понятно зараенее, что «культура» при таком подходе не поменяется, да и не выданные в рамках Госпроекта деньги ее меняют, а потребность держать потребителя своей конкурентоспособностью. Это похоже на радость от результата действия допинга у спортсмена, который на любых соревнованиях без этого допинга будет гарантированно последним — т.к. нет навыка, нет последовательной цепочки улучшений.
Насколько вообще это все полезно для страны и ее бизнес активов?!? Тут можно смотреть двояко:
— с одной стороны, будет большое число граждан, имеющих какую то практику в совершенствовании процессов и явно? при сравнении по универсальной формуле «а могло бы быть хуже», прослеживается позитив;
— с другой стороны, предлагаемые методы уже во многом архаика и удачнее всего работают когда их адаптируют, модифиуируют, объединяют с гибким реагированием на пульс технологий и запросов текущего дня рынка (появление Agile, доработка 9001-2015, бирюзовые компании и спиральные теории менеджмента, т.д.). Т.е. сосредотачивая ресурсы на костной программе теряется возможность выбора, экспериментов, подстройки…
Участвуют в большом числе монополии и компании «с поддержкой» кому не надо «бороться за заказ», а именно в механизмах этой борьбы и заключается конкурентное преимущество многих компаний))
Если заказ условно гарантирован, и стоит цель оптимизации затрат — да нет ничего проще, упрошаешь процесс, по максимуму автоматизируешь и получаешь нужный рост ППТ.